Персонажи Акунина

Читаю Акунина, фандоринский цикл. Читаю, как мне кажется, по правилам — в хронологическом порядке, уже седьмую книгу («Статский советник»). Рассказывается, несомненно, о самом Эрасте Петровиче. Видно, как жизнь складывается, что она ему подкидывает, как его меняет. Но вот незадача: никак не могу избавиться от странного ощущения, что сам Фандорин — герой второстепенный.

Пока мне очень нравятся два персонажа: Ахимас Вельде и Григорий Гринберг.

Они оба имеют совершенно очевидные отклонения. Только отклонения эти мне очень понятны и интересны. У каждого из них мозг работает, ну совершенно, как мой: постоянно, без остановки, наблюдает за окружающей средой и методично складывает все наблюдения в стройную картину мира, которая отражает их индивидуальность и их опыт. Основу этой картины у обоих определило исключительное по своей силе событие, произошедшее в детстве или юношестве, и с тех пор она обрастает новыми подробностями, позволяет им прочно стоять на ногах и заставляет двигаться. И процесс обогащения этой картины не прекращается никогда.

Очень мало людей, окружающих Ахимаса и Грина (их вообще окружает мало людей), понимают, как у них устроена голова, как они рассуждают, к каким выводам приходят, и что ими движет. Понимает это только Эраст Петрович, но не сразу и не полностью. Да и понять он их пытается по долгу службы, а не из любопытства или исследовательского интереса. А между тем, там есть, что исследовать.

У Ахимаса, к примеру, есть всего две очень простые ценности, которым он верен, и никогда не подвергает сомнению или переоценке. У обычного человека ценностей заметно больше, и они сложнее. Обычные люди путаются в ценностях и в собственных эмоциях. Часто даже сформулировать их не могут. Ахимасу же мир понятен, у него есть кристальная ясность, куда надо идти и зачем. Он усложняет свою жизнь игрой с высокими ставками и так развлекается по пути. Умный и красивый человек. Его спасает то, что одна из ценностей все-таки очень эмоциональна. Если бы не это, стал бы отталкивающим роботом.

С Грином — иначе. Грин одержим. Он силен и закален, у него прямой канал с космосом, откуда он бессознательно качает энергию, и направляет ее всю в одну точку. В общем-то, в его картине мира он сам, пожалуй, просто отсутствует. Очень такое самурайское настроение, словно его уже нет, потому и терять нечего. Лишь бы не опозориться. Но есть очень важное отличие от пути самурая: к таким установкам Грин пришел сам, а не прочитал в древних свитках, о которых мало известно, почему они так написаны. Грин давно убежден и понимает, что обязан убедить других. Не обязательно всех и необязательно сразу. Но верит, чертяка, что потомки поймут и будут благодарны. Был еще Анвар Эфенди, который тоже много думал о потомках, но в силу молодости Эраста во время Турецкой войны описание Анвара не выглядит настолько зрелым.

Не поймите меня неправильно: у меня не возникает желания подражать персонажам. Но я считаю этих двоих очень цельными и любопытными экземплярами. Их интересно разглядывать, в них есть какая-то структура. Не то, что какой-нибудь, Живаго (аморфен и податлив) или Онегин (примитивен и почти что жалок). Да, такие люди часто плохо заканчивают. Но и добиваются они очень многого, потому что лучше всех знают, что, как и зачем.